НОВЫЕ
МАТЕРИАЛЫ
Ток-Шоу Алексея Митрофанова
Добавлены записи эфиров ток-шоу "Час Будущего", которое ведет Алексей Митрофанов на радиостанции Мегаполис-ФМ.
Новая книга Митрофанова
Пресс-Портрет
Новая рубрика Пресс-Портрет познакомит с публикациями в СМИ с упоминанием А.Митрофанова.
Новые фото.
Добавлены фотографии разных лет в фотогалерею Митрофанова.
Фото
Добавлены новые фотографии Митрофанова из его зарубежных поездок.
Видео
Постоянно обновляется раздел видео - новые выступления Митрофанова по ТВ.

Официальный сайт политической партии ''СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ''

Пресс-портрет Митрофанова





ШАГИ НОВОЙ ГЕОПОЛИТИКИ: Глава 8

Алексей Митрофанов

Шаги новой геополитики

Глава 8. Крах Потсдама


    Весна 53-го года явилась весной победы Запада в призрачной борьбе за мировую власть. Непосредственная угроза термоядерной катастрофы исчезла вместе со смертью Сталина. С этого момента она существовала лишь в виде математического ожидания, определяемого вероятностью самозапуска ядерных систем. Разумеется, оно мало отличается от нуля. Однако этот потенциальный нуль служил предметом переговоров между СССР и США в течение долгих десятилетий. В мир вернулись межгосударственные отношения патриархальных времен, когда разрешение геостратегических коллизий проводилось в рамках активной дипломатии по установившимся канонам выработанных схем достижения взаимного согласия. "Дамоклов меч" ядерной дубинки вел свое самобытное существование в параллельной действительности. Лишь изредка мировые политиканы открывали двери храма Марса в этот парамир, чтобы продемонстрировать своим стратегическим врагам и испуганной толпе ядерные мускулы противоборствующих военных союзов. Такое положение могло сохраняться только при взаимном учете интересов блоков. Соответствующее правовое оформление этих отношений, сложившихся в ходе дипломатической активности сторон, служило реальной основой мирного сосуществования только при обоюдном решении о неприменении ядерного оружия. Девальвация содержания и формы любого звена этой хрупкой системы отношений привела бы к ее полной ломке. Положение обеих сторон вплоть до середины 80-х годов было достаточно стабильным. Вероятность слома системы послевоенных договоренностей Ялта-Потсдам нельзя было рассматривать всерьез. Лишь весной 53-го были предприняты пацифистские процессы в верхах. Ликвидация занимающей позиции в Западной Европе группировки советских войск в Австрии в 1955г. оказалось начальной ступенью по сворачиванию геополитических амбиций СССР в мире. Сокращение армии и запрещение испытаний ядерного оружия в трех средах не могли объективно усиливать вес СССР на международной арене. Напротив, они привели к осложнению внутригосударственных проблем. Распыление материальных ресурсов на строительство шахт при проведении подземных ядерных испытаний, многократно превосходящих собственно стоимость боезаряда, дестабилизировало развитие плановой зкономики. Военное сословие было также раздражено неспровоцированным сокращением армии, идущим на руку натовцам. Эти половинчатые меры Москвы проистекали вследствие попыток уменьшить фактор неэффективности советской системы в конкуренции с рыночной системой мировой экономики. Попытки сбалансировать систему государственного капитализма, сокращая часть груза военных расходов, раз за разом проваливались очередным витком гонки вооружения. Атлантисты грамотно просчитали сценарий развития пост-сталинского социалистического лагеря. Именно в начале этого периода Запад формулирует стратегическую концепцию на экономический развал соцлагеря в ходе гонки вооружений. Грамотный уход от дестабилизации государственной экономики грузом ВПК в мирных условиях мог заключаться в поиске иной альтернативы, нежели прямая квазивоенная конфронтация с США и НАТО. Грубая прямолинейность пост-сталинских советских политиков выразилась в их безыскусной приверженности старым идеологическим догмам. Поддерживание догматов на необходимом уровне требовало соответствующего военного паритета, "основанного" на обеспечении военных предпосылок мирного развития соцсистемы.
     Гибкость рыночной системы экономики в сравнении с планово-административным хозяйствованием создавали необходимый ресурс для маневра в деле увязки государственного интереса и материальных потребностей населения. Искусственное стимулирование гонки вооружений со стороны Запада являлось хорошо продуманным актом постоянного напряжения советской системы.
     Здраво полагая, что длительное военное напряжение экономики в мирных условиях обескровит СССР, атлантические политики вполне могли рассчитывать на успех в обозримом будущем. Разумеется, имея концептуальную программу на экономическую дестабилизацию СССР, они не могли серьезно реагировать на стучание башмаками по ООНовской кафедре. После подобного "стриптиза" советского лидера натовцы довольно спокойно приняли к сведению подготовку СССР к карибскому кризису. Нежелание и неспособность тогдашних советских политиков к применению ядерного оружия была хорошо известна атлантистам. В ходе патовой ситуации, где обе стороны не желали употребить ядерную дубинку, был найден компромисс, позволивший сторонам сохранить собственное достоинство. В действительности же, советская сторона проиграла качество, поскольку ядерные ракеты на Кубе в стратегическом отношении весили много больше их натовских аналогов в Турции. Более того, этим соглашением запрещалось иметь на Кубе базу советских атомных подводных лодок. Крупным достижением Запада явилось "освобождение" порабощенных и колониальных народов мира. И без того туго работающая социалистическая экономика была обременена задачами обеспечения строительства социализма в странах третьего мира. Те ресурсы, которые могли быть направлены на повышение уровня жизни населения СССР, теперь безвозвратно уходили " в братские социалистические государства". Вместо покупки в братских тропических странах бананов, ананасов и апельсинов СССР строил там шахты, карьеры, порты, развивал экономику этих стран. С точки зрения сегодняшнего дня все эти траты оказались напрасными. Таким образом, и гонка вооружений и суверенизация колоний выглядят блестящей теоретической заготовкой в борьбе против СССР. Лидеры СССР также блестяще поддались на эту домашнюю заготовку в большой стратегической игре атлантистов. Для последних международная ситуация развивалась в направлении, как нельзя лучше соответствующем их теоретическим разработкам. После карибского кризиса стало ясно, что СССР не применит первым ядерного оружия. Но, что сегодня с точки зрения здравого смысла нельзя понять, это упорство, с каким лидеры СССР загоняли страну в очередной виток гонки вооружений. Исходя из факта крушения СССР, это уже нельзя объяснить идеологическими догмами о военной защите " достижений социализма". Налицо явная логико-политическая тавтология: система осуществляет действия, ведущие к гибели самой системы, под предлогом сохранения системы. В похожей ситуации китайская система нашла выход из положения, ведущий не только к сохранению порядка и политического режима системы, но и имеющий предпосылки к устойчивому развитию общества и государства. Помимо развития бывших колоний и уровня военного "противостояния" на советскую систему грамотно " повесили" политический конфликт с Китаем, потребовавший привлечения значительных людских контингентов и материальных ресурсов. В итоге всех этих "мероприятий" атлантисты добились значительного превосходства в жизненном уровне населения стран "западных демократий" над соцлагерем. Тем самым был сорван еще один фиговый листок с тела советской системы. Однако в этом противостоянии двух систем жизнеспособность советской экономики оказалась весьма поразительной. Если спрогнозировать теоретическую ситуацию, когда США стали бы бескорыстно содействовать развитию Китая, Индии, стран Африки, одновременно держать по 1,5-2 млн. солдат у границ с Канадой и Мексикой и содействовать культурному развитию ирокезов с развитием и содержанием национальных университетов в районах с проживанием индейцев карибу и вапити, то вполне вероятно, что "холодная война" окончилась бы для американцев не в 1989 году, а лет на 20 раньше. В одном Китае СССР построил "бескорыстно" до 250 промышленных предприятий, лишился баснословных прибылей по эксплуатации КВЖД, водных путей по реке Сунгари, Ляодунского полуострова и гавани Порт-Артура. Имея такие огромные активы в соседнем государстве, тем не менее группа политических резонеров берет курс на явно противоречащую национальным интересам конфронтацию с Китаем. Этот догматический крючок ради чистоты каких-то первичных идей явно игнорировался пост-сталинским руководством, и умело подставлялся ему со стороны атлантистов. Ленинский подход к миру реальной политики, взятый как творческий и адогматичный, был для них непознаваем.
     Единственным исключением в плеяде пост-сталинского руководства, с успехом применившим ленинскую методу реал-политики, был Брежнев. Политика брежневской эпохи была прагматичной, реальной и лишенной иллюзий. Консерватизм его политики исходил из рамочных условий межгосударственных договоренностей, оставленных Брежневу его предшественниками. Брежнев никогда не нарушал ни смысла, ни буквы соглашений между СССР и США. Дальнейшее изменение "статус-кво" было для него предметом коллективного договора и, в первую очередь, с США. В этом отношении брежневская политика отличалась крайним прагматизмом. Если бы не главенство в ней идеологических шаблонов, то эту политику следовало бы причислить к разновидности политики национальных интересов. И в этом отношении Брежнев весьма благожелательно расценивался лидерами Запада, такими как Р. Никсон и Ж. Помпиду. Конечно, Брежнев находился внутри наследованной им системы идеологических ценностей, в то время как Сталин эти ценности в качестве классика марксизма творил сам. Сталин был и свободен от них, когда речь шла о ключевом вопросе - о вопросе власти над миром. Уважение-страх, каким пользовались в свое время на международной арене равным образом и Сталин, и Брежнев, заключалось в практике последовательных действий по реализации жизненных интересов своего государства. В отличие от доктринерских построений идеологических учений оба проповедовали понятный всем политический прагматизм. Оба осуществляли этот стратегический план с учетом высокого положения в мире, которым обладал СССР, и в меру собственного политического веса внутри страны. Сталин расценивался на порядок выше своих соратников. Брежнев был первым среди равных, которых он превосходил по тактическим способностям. Последнее обстоятельство определило развитие общества в СССР без катаклизмов внутри и вне страны на протяжении более 18 лет. Результат, выдающийся для нестабильного XX века.
     Брежнев доказал возможность политического творчества в условиях догматического ограничения, налагаемого на реализацию внешней и внутренней политики СССР. Он не пытался ни реформировать, ни ревизовать доставшуюся систему. Тем не менее, используя ленинский метод политического творчества, Брежнев не только сохранил систему, но даже обеспечил ей поступательное развитие. Причем за эпоху Брежнева советская система успешно отразила три попытки атлантистов добиться качественного военного превосходства. В течение конца 60 - начале 80-х годов отечественный ВПК последовательно ликвидировал военное качество НАТО по обладанию флотом атомных подлодок, оснащенных баллистическими ракетами, межконтинентальными ракетами с разделяющейся головной частью, и, наконец, нейтронному, пучковому и лазерному оружию. Политический реализм Брежнева, основанный на обладании высоким экономическим и военным потенциалом, закреплении на выгодных геостратегических рубежах и обеспечении благоприятного представления о позиции СССР в международном общественном мнении, оказался близким по содержанию американским концепциям баланса сил и защиты национальных интересов. Эта особенность политики Брежнева вкупе с его ролью в качестве охранителя существующей международной системы гарантировала СССР эффективное влияние в мире. Все эти факторы говорили в пользу появления в СССР надежного и прагматически мыслящего лидера, с которым следует вести политический диалог. Обоюдный прагматизм привел к подтверждению сложившихся после Второй мировой войны границ в Европе, определенных в международно-правовой форме в Хельсинкских соглашениях 1975 года. По существу, Брежнев блестяще воплотил в политическую реальность одну из многочисленных идей Ленина, связанных с возможностью развития мира по некоторым политическим сценариям. В данном случае сценарий касался возможности "мирного сосуществования социалистической и капиталистической систем". В этом отношении доктрина Брежнева развивала те внешнеполитические возможности советской системы, которые были в правовом плане закреплены системой договоров Ялта-Потсдам. Хельсинкские соглашения 1975 года с участием всех членов НАТО подтвердили это положение на высоком правовом уровне. Сталинская же стратегическая мысль касалась другой стороны наследия Ленина, связанного с "курсом на мировую социалистическую революцию". В сталинскую эпоху страна жила настроениями военного лагеря - " если завтра в поход" и "наш бронепоезд стоит на запасном пути". Впервые Сталин упомянул о мирной передышке всех сил мира " для окончательного сокрушения сил войны" в конце 1952 года, поставленный в тупик очередной прытью атлантистов и огорошенный новым видом чудо-оружия массового уничтожения - водородной бомбой. В свое время Сталин подписал ничего не значившие в свете раздувания мировой революции фиговые листки Ялты и Потсдама, которые вместе с протоколами Хельсинки-75 обеспечили Брежневу и СССР благоприятную базу для будущего мирного развития. Мировая система эпохи Брежнева - в силу подтверждения договоров Ялта-Хельсинки - являлась плодом равновесного баланса интересов двух ее гарантов - СССР и США. В этом четко организованном правовом пространстве не могло быть никаких неясностей в виде "джентльменских пожеланий". Брежнев старался облечь все подобные пожелания в жесткую форму международно-обязывающего договора. Равное партнерство в обеспечении устойчивости мировой системы и развития собственной страны требовало равноправных обязательств, закрепленных в букве закона. Лидеры России на всем протяжении периода действия системы договоров Тегеран - Ялта - Потсдам - Сан-Франциско-45 - Хельсинки-75 - Париж-90 не нарушали ни единой ее буквы в ущерб западного партнера. Стратегический уход СССР с его позиций на Востоке - возвращение Китаю Ляодунского п-ва и вывод советских войск из Северной Кореи - и на Западе - вывод советских войск из Австрии, ГДР, других стран соцлагеря и объединение обеих Германий - в большей степени отвечали интересам атлантистов и явно противоречили духу этих договоров. К той же категории следует отнести факт объединения западных зон оккупации в Германии и Австрии и создание военно-политического союза НАТО в 1949 году. После явного пренебрежения атлантистами норм Нюрнбергского трибунала, в части касающихся возрождения германского милитаризма и вхождения ФРГ в страны - члены НАТО 8 мая 1955 года, СССР был вынужден пойти на ответные меры по созданию 14 мая 1955 года организации Варшавского Договора. Страны Варшавского Договора ставили своей задачей чисто оборонительные функции и обязывались в случае создания общеевропейской системы коллективной безопасности денонсировать действие Договора и распустить его военную организацию.
     На пути к обеспечению коллективной безопасности в Европе страны-участники совещания в Хельсинки-75 гарантировали подписантам суверенное равенство; уважение прав, присущих суверенитету; неприменение силы, нерушимость границ, территориальную целостность государств, мирное урегулирование споров, невмешательство во внутренние дела, а также добросовестное выполнение обязательств по международным договорам. Все эти принципы СБСЕ были последовательно нарушены США и атлантистами в Европе с молчаливого преступного бездействия последнего генсека и первого Президента СССР. Подписание Парижской Хартии от 21 ноября 1990 года содержало существенные отступления от уровня соблюдения национальных интересов СССР, закрепленных в Хельсинки-75. Расплывчатость определяющих терминов Хартии создала множественность версий в прочтении текста этого документа. Явным образом к исполнению принималась та версия прочтения Хартии, которая предлагалась наиболее мощным участником. Разумеется, в начале 90-х годов среди таковых Россия не значилась. Этот факт указывает на спланированность акции, направленной на введение в действие подобного двусмысленного документа, рассчитанного на введение в заблуждение политического дилетанта, коим был "президент СССР". В своей прозападной формулировке Парижская Хартия является дополнительным средством обеспечения интересов НАТО в Европе. Тем не менее атлантисты нарушают и эту аморфную формулировку. В частности, Хартия явно и недвусмысленно утверждает, что: "безопасность неделима, и безопасность каждого государства-участника неразрывно связана с безопасностью всех остальных". Поэтому следует заявить явно и громогласно: Парижская Хартия Западом не выполняется. Это видно и на примере Балкан, где НАТО устанавливает " свой" порядок. Это видно в бассейне Средиземного моря, где наблюдается явное пренебрежение интересами греков-киприотов. Это видно в Чечне, которая географически принадлежит Европе. Это прослеживается в вопросе о расширении НАТО на Восток, что полностью игнорирует представление России о существе ее национальной безопасности и идет вразрез с заявлением США, отраженном в Хартии Европы. Последнее решение, принятое в Брюсселе, является, по-сути, последним гвоздем, вбитым в гроб Ялты и Потсдама. Подобные факты свидетельствует о том, что мир подошел к новому, чрезвычайному этапу. Речь идет о значительном ускорении нового передела мира. Стенания по прошлому, попытки остановить ход истории лишены смысла. История повторяется. Отход от принципов Венского Конгресса, узаконивших идеи космополитических империй, привел к Первой мировой войне с ее главной идеологической доминантой демонстрации национальных империй и суверенитетов. Крушение Версальской системы мира образца 1919 года, связанной с подавлением германского и русского суверенитетов, обусловил манифестацию целого ряда конфликтов, переросших во Вторую мировую войну. Нарушение и разрушение НАТО и атлантистами послевоенной системы международных договоров, сформулированной и закрепленной в Ялте, Потсдаме, Хельсинки, превратило медленный коллапс глобальных отношений на оси Москва - Вашингтон, в бурлящий вулкан глобальных политических изменений, происходящих сегодня на планете. Это геополитический вызов нового, грядущего времени. На пороге нового тысячелетия современные политики должны принять этот вызов. Сами эти явления не могут причинным образом связываться с крушением мировой социалистической системы и распадом СССР. Оба последних феномена были лишь продуктом Версальской и Потсдамской систем организации мира после двух мировых войн. Крах же Версаля и Потсдама обусловлен некоторыми субъективными процессами в элитах мирового сообщества. Дважды войти в одну и ту же политическую реку никому не удастся. Новая политическая реальность - новые политические подходы. Время политических пророков прошло - дело за политическими технологами.

к началу страницы 
Приемная Алексея Валентиновича МИТРОФАНОВА
телефон: (495) 662-2616
e-mail: duma@alexeymitrofanov.ru
•   •   • 
По всем вопросам связанным с функционированием
сайта просим обращаться в студию ArtSPb.Ru
webmaster@alexeymitrofanov.ru
•   •   • 
Книги А.В. Митрофанова По материалам прессы Фотогалерея А.В. Митрофанова Видеофрагменты выступлений А.В. Митрофанова Послать с сайта письмо А.В. Митрофанову