31 Декабря 13:50
НОВЫЕ
МАТЕРИАЛЫ
Новая книга Митрофанова
Пресс-Портрет
Новая рубрика Пресс-Портрет познакомит с публикациями в СМИ с упоминанием А.Митрофанова.
Новые фото.
Добавлены фотографии разных лет в фотогалерею Митрофанова.
Новый бестселлер
Выходит новая книга Митрофанова SMS роман "ТА ТУ КАМ БЭК". Читайте первые 50 страниц.(рус./англ.)
Выложено несколько глав из новой книги Митрофанова "По обе стороны Кремлевского занавеса"
Фото
Добавлены новые фотографии Митрофанова из его зарубежных поездок.
''Россия перед распадом''
Видео
Постоянно обновляется раздел видео - новые выступления Митрофанова по ТВ.
СОЦИОЛОГИ-
ЧЕСКИЙ ОПРОС
Как Вы оцениваете новую книгу А. Митрофанова ''Отказ Громыко...''?
Да 
82%
Нет 
11%
??? 
06%
принять участие...

Официальный сайт политической партии ''СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ''

Пресс-портрет Митрофанова


Сайт о странах Прибалтики - Латвии, Литве и Эстонии и их антироссийской политике


По обе стороны Кремлевского занавеса
По обе стороны Кремлевского занавеса
Москва, 2005

Глава одиннадцатая

Эта глава о том, почему Бен Ладен не мог спланировать 11 сентября, о том, была ли Моника Левински единственной пассией Билла Клинтона, а также о том, как Борис Березовский назначал министров, а Владимир Гусинский строил свой собственный театр


В ГОСТЯХ У БЕН ЛАДЕНА
С Бен Ладеном я встречался в Судане, когда тот уже был изгнан из Саудовской Аравии. Встречу устраивал спикер суданского парламента и один из идеологов
мусульманства Тураби. Человек, известный в кругу исламских проповедников. Президент этой страны — военный. Он даже ночует в казарме. А спикер — идеолог.
Нашу делегацию разместили в пятизвездочной гостинице. Отель неплохой, но кондиционер был слабоват.
Так что тяжелый климат мы прочувствовали.
Встреча проходила в одной из правительственных резиденций. Где-то за городом. Обычный дом в арабском стиле: диваны, ковры. Там был немного затхлый воздух, а при жаре — вообще нечем было дышать. Бен Ладен, как и
Тураби, носил это их традиционное одеяние, которое как раз идеально подходит под такую погоду. Была б в России жара под 40, и мы бы ходили в простынях, чтобы все проветривалось.
Пили зеленый чай. Бен Ладен пил много, не спеша, отхлебывая из своей пиалы. Нам помогал местный переводчик с арабского на русский.
Мы уже воспринимали Бен Ладена как одну из значительных фигур в арабском мире. Я знал, что он воевал в Афганистане с той стороны. Организовывал операции. Он был на 10 лет моложе, чем сейчас. Стало быть, довольно молодой человек. Тихий голос, спокойный, без всякого надрыва, пафоса. Логично рассуждал. Подо всем, о чем он говорил тогда, можно было подписаться. Он рассуждал: «Если бог нам дал в Саудовской Аравии нефть, деньги... То я считаю, что это на всех мусульман. Почему не помочь нашим братьям здесь, в Судане? Не построить им дорогу? У них бедность. Почему не помочь нашим братьям в других странах. Я сказал всем лидерам — это будут наши общие деньги. Это деньги на всех нас, а не на одну семью, за которой идет Буш и какие-то фонды, банки. А они покупают себе самолеты, шикуют. И ничего не делают ни для кого. Они дают два миллиарда на хадж. Зарабатывают 100, а дают 2. Они должны из 100 давать 90. Ну себе взять. А они дают 2 миллиарда на хадж и на всякую пропаганду. A все остальные деньги в нью-йорских банках под контролем espeea». Предложения у него были простые: семья нынешних правителей должна уйти. И должны прийти люди, которые обладают ответственностью перед мусульманским миром.
Его в основном интересовала Саудовская Аравия.
0 России говорил так: «Россия тоже мусульманская страна. Там 20 миллионов людей нашей веры». А пафос был вот в чем: «Мы голос России не слышим. Где она, Россия? Почему она позволяет американцам так себя вести? Но с другой стороны, мы не против Америки. Вообще, мы не против никого. Дайте нам разобраться. Не мешайте нам. У нас есть здесь своя жизнь, и мы хотим разобраться в этой ситуации».
Общался я и с президентом Судана Омаром Баширом. Помню, он был потрясен, что Калашников еще жив.
Автор знаменитого автомата. Ему было любопытно, потому что он думал, что тот давно уже умер. «О, как интересно! Надо его пригласить к нам. В любое время, вы ему передайте, я готов его принять». Я сказал, что Калашников делает какой-то новый автомат, я где-то об этом читал. А он говорит: «Как интересно, я попрошу посла, может быть, нам пару образцов вышлют. Мы следим за eго творчеством. Великий человек».
Больше мы с Бен Ладеном не виделись. Это была единственная встреча.
Позже ему пришлось покинуть и эту страну. Спикера Судана под влиянием пресловутой борьбы с терроризмом и атаки на все мусульманские организации сместили. Естественно, под давлением американцев. И таким образом, роль мусульманского фактора в Судане была снижена.
Насчет дьявольской роли Бен Ладена в трагедии 11 сентября я не особо верю. Я считаю, что это выдумка.
Вряд ли это его работа. Сценарий такого теракта был абсолютно голливудский. Он мог родиться только в головах людей, которые регулярно нюхают кокаин, которые живут где-нибудь на Беверли-Хиллз и пишут сценарии к фильмам... Потому что мусульманские идеологи с их специфическим мышлением такого не придумают. Это же было задумано очень хитро и с явным расчетом на особый телевизионный эффект. После атаки первого самолета была некоторая пауза — достаточная, чтобы собрать телекамеры. И уже второй удар идет в прямом эфире. В чем, собственно, главная особенность этого теракта? Он шел
«вживую» на глазах у всего мира.
По сути, в прямом эфире мы видели два теракта. Это 11 сентября и Беслан. В Беслане такое стало возможно из-за хаотического развития ситуации и безалаберности наших спецслужб. А 11 сентября было очень четко срежиссировано.
Когда я включил телевизор, по CNN уже шел прямой репортаж с места событий. И когда второй самолет таранил вторую башню, за этим наблюдала вся гигантская телеаудитория, и комментатор был в шоке.
Это не воплощенная выдумка исламских дикарей. Это не их мышление. Они могли бы что-то крупное сделать, но сделали бы это по-другому. Они могли что-то подорвать, фугасов понаставить, но придумать такую сюрреалистическую картину — нет, никогда.
А главное, какой смысл Бен Ладену это делать? Он не фанатик, не безумец. Это человек, задача которого заключается в том, чтобы забрать власть в очень богатой стране Саудовская Аравия.
Представьте, есть, например, человек, который мечтает стать президентом Башкирии. Я знаю несколько таких персонажей. Ну вот, допустим, есть банкир. Те, кто не хочет этого допустить, кинут на пиар 100 миллионов долларов и будут доказывать, что он — бандит, убийца, подрывник и вообще террорист. Эта версия овладевает умами. И вот в результате борьбы за власть в Башкирии
человек становится изгоем. С Бен Ладеном произошла примерно та же история.
Это не история человека, который патологически хочет что-то взорвать. Есть у человека цель, и он за ее воплощение реально борется. Он борется с саудовской правящей семьей. Думаю, некоторые нападения, взрывы, атаки, убийства — в рамках противоборства с данным режимом — возможно, его рук дело. Такими вещами Бен Ладен, конечно, может заниматься. Но вот зачем бороться с «крышей»? Тем более с кем бороться? Тогда имело бы смысл ликвидировать отца-Буша. Это был бы серьезный удар. Если бы, повторяю, Бен Ладен решил замахнуться на американских покровителей своих врагов. Физическая ликвидация отца означает хотя бы расстройство всех этих связей. А атаковать Нью-Йорк? Какой смысл?
Абсолютно выдуманная тема, я считаю. А «чистосердечное признание» на видеопленке — это вообще детский сад какой-то.
С другой стороны, не исключаю, что логика сегодняшней борьбы противопоставила Бен Ладена американцам.
Когда началась атака на Афганистан, он был вынужден, естественно, платить, помогать талибам, в гостях у которых находится. Конечно, его затянуло во все эти маховики. Раз ты помогаешь талибам, ты уже начинаешь грозить Америке. И, возможно, теперь он завелся.
Но первоначально таких идей не было. Идея была, и она остается, забрать Саудовскую Аравию. Вообще будущее саудовского режима — это крайне интересный политический вопрос. Не может же это вечно происходить: ни демократии, ни выборов... Сидят родственнички, зарабатывают огромные деньги и делятся с очень влиятельными людьми в Вашингтоне. Им плевать на всех. Никого видеть не хотят. Никакой международной деятельности не ведут толком. И выделяют 2 миллиарда на исламское движение.

KAK КЛИНТОН СНЯЛ ДЕВУШКУ
В РЕСТОРАНЕ «ПИРОСМАНИ»
Билл Клинтон — еще одна интересная, крупная фигура, появившаяся в 90-е годы. Мне кажется, что это последний счастливый американский президент. Его будут вспоминать, как Брежнева. Это высшая точка американского процветания. Эдакий застой по-америкаискн во главе с молодыми ребятами, которые пришли с одной целью — зарабатывать деньги. Ребята без идеологии. Удивительно, как это совпало с появлением таких же чубайсовских ребят в России. И не зря у наших экономистов был альянс с Гором: они были совершенно одинаковыми. Такие же гарвардские мальчики.
С Клинтоном и виделся вовремя его визитов в Москву, во время приемов, которые были в американском посольстве. Но впервые я познакомился с Клинтоном в Америке, когда он еще не был президентом. Мы обедали вместе, и один человек, высокий член российской делегации, сказал, что этот парень, губернатор Арканзаса будет выдвигаться в президенты. Он очень динамичный и уже хорошо известный в Москве, так как именно в Арканзасе проходили традиционные ежегодные месячники советско-американской дружбы. Туда ездили раз в год представители Комитета защиты мира, других подобных организаций, и так сложилось, что многие наши люди знали Клинтона не один год. Он сразу мне очень понравился. На том памятном обеде я был представлен как политик из новой молодой российской партии. Мы тогда еще не победили. Он еще не был президентом. Еще много месяцев оставалось то того, как мы стали, с подачи Гора, называться «фашистами», а Клинтон стал президентом США. А пока же я был представителем новой молодой партии. Я тогда назывался «министр иностранных дел теневого кабинета ЛДПР>. Мне это очень льстило. А он был губернатором, который подает надежды...
На самом же деле Клинтона сделали женщины. Еще тогда я услышал о чрезвычайном влиянии разных важных дам на судьбу арканзасского политика. В частности жены Гарримана, известного посла Америки в России еще в советские времена. У этой леди был очень влиятельный салон, связанный с демократической партией, где собирались видные деятели, дискутировали. Туда попал и провинциальный юноша, губернатор Арканзаса.
По нашим меркам, это все равно, что губернатор Псковской области. Все равно что Кузнецов. Кто сейчас знает Мишу Кузнецова, хозяина псковской земли? Ответ очевиден. Вот и Клинтона поначалу никто не знал, и великосветские женщины начали его таскать за собой, приручать к столичной тусовке. Там он познакомился со многими значительными особами. И там, видимо, родился
этот альянс: Гор и Клинтон. Гор — сын американского конгрессмена, крутой вашингтонский интриган, которых знает все ходы-выходы, но публично не привлекательный. И наоборот, публично привлекательный, простой парень из глубинки, немножко распиздяй, который должен обаять Америку.
Клинтон шел на выборы, зная, что его не изберут, поэтому вел себя спокойно, внутренне развязно. Потому что все понимали, что бороться с президентом Бушем, за которым стоят миллиарды долларов, блестяще проведенная операция «Буря в пустыне» и победа в иракской войне, сокрушение коммунизма, падение Берлинской стены, — бороться с таким человеком невозможно. Это супертяжеловес. Такой Виктор Степанович Черномырдин. Победить такого Голиафа никому не под силу.
Это давало Клинтону легкость. И он обаял Америку и победил...
Мне памятен обед 20 апреля 1996 года в грузинском ресторане «Пиросмани», напротив Новодевичьего монастыря. Там был и Клинтон, и упомянутый Виктор Степанович Черномырдин. Собрался достаточно узкий круг людей. Говорят, что Клинтон особо попросил, чтобы ресторан не оцепили, не выгоняли посетителей, чтобы все было по-человечески.
Ну, наши решили сделать по-человечески. То есть снайперы висели на каждом дереве. Внутри же была следующая диспозиция. Стоял большой стол, где сидели официальные лица. А неподалеку был стол поменьше, за которым сидели три симпатичные девушки и как ни в чем не бывало выпивали вино и немножко закусывали. Присутствие трех девиц должно было свидетельствовать о том, что ресторан тих и открыт для всех.
После обеда к Клинтону подошла одна из этих посетительниц и сообщила. «Мы празднуем день рождения нашей подруги. Ее зовут Маша».
Клинтон заулыбался:
«Маша, я поздравляю вас с днем рождения». И подарил
ей памятный знак президента США. Такую тарелочку,
где написано: «President of United States оf America».
Поцеловал, сфотографировались на память. Потом все направились к машинам.
Девушки все так же сидели и выпивали. И тут к одной из красавиц подошел дядя. И что-то прошептал ей на ухо.
Она резко встала. Быстро простилась с подругами. И направилась к выходу.
После чего эта девушка была замечена в гостинице «Рэдиссон-Славянская», где останавливался президент.
А знающие люди сделали выводы (в чем, впрочем, и раньше никто не сомневался), что три красотки сидели в ресторане «Пиросмани» отнюдь не случайно.
Говорят также, что Ельцин специально предупредил Коржакова: «Саш, ты смотри, всего там не записывай, в этой гостинице. Ты ж понимаешь, Клинтон — мой друг. Что ж мы будем друзей-то...» Генерал спорить не стал: «Нет, нет. Что вы, Борис Николаевич. Мы что, идиоты, американская гостиница. Мы вообще ничего...»
Но, конечно, на самом деле была полная координация между российской и американской охранами. Девушек, судя по всему, приглашала наша охрана, а та сторона была в курсе проходящей операции. Потому что в апартаменты Клинтона в «Рэдиссон-Славянской» девушку провожали уже американцы. По всей видимости, Клинтон, выходя, дал установку, какая из трех девушек ему понравилась. Наш охранник отвел ее в сторону, после чего ее сдали американской охране, которая ее уже довела до президентских покоев. Но, конечно, без некой публичной прелюдии обойтись не могли. Клинтон должен был пообщаться с девушками, они должны были ему сказать, что празднуют день рождения подруги, он должен был удивиться — «о, как здорово, как хорошо» — а потом вручить подарок. Все было сыграно как по нотам.
Так что про все художества Клинтона еще до Моники Левински было хорошо известно. Было известно, что такое проходило во всех поездках, во всех тусовках.
И в этом плане Клинтон мало чем отличается, скажем, от Бориса Немцова. Одна когорта. Они даже внешне похожи. Не зря Ельцин выдумал эту идею наследника Немцова, который нравился американцам, и понятно, почему нравился. Просто близнецы-братья. Губернаторы из провинции, молодые, обаятельные, привлекательные...
Кстати, несмотря на заявление Гора, у ЛДПР особых проблем с американцами впоследствии не было. Америка всегда Жириновского пускала. Проблемы были с Европой. С Германией, Францией. Но не с Вашингтоном.
Более того, первая поездка Жириновского в Америку в 1995 году обеспечивалась службой безопасности президента США. Машина и охрана былиот них. Очень, кстати, хорошая, профессиональная охрана. Американцы уделяли внимание перемещениям Жириновского не просто так, а из опасений: как бы в ходе его поездки чего-нибудь не произошло, каких-нибудь манифестаций и беспорядков.
Произошло. Но не то, чего опасались. Усилия президентских служб привели к неожиданной разборке на высоком уровне. Влиятельная газета написала, что расходы на транспортное обслуживание и охрану, гласную и негласную, делегации ЛДПР составили 500 тысяч долларов. И, мол, какого черта американские избиратели и налогоплательщики должны оплачивать похождения Жириновского в Америке. Но это, видимо, какие-то недруги администрации, собрав информацию, перекинули ее в гaзету. Был большой шум.
Тем не менее на официальном уровне американцы проводят политику необщения с Жириновским. То есть официальные лица с ним не общаются, а все остальные контактируют: журналисты, политологи и бывшие чиновники. Но на уровне действующих членов правительства, Госдепартамента контактов нет. И это все последствия того ночного заявления Эла Гора. В данном случае американцы уподобляются советским руководителям.
Так было в Советском Союзе: приняли решение, что
это друг СССР, а это враг СССР, и все, многие годы действуют, исходя из подобных установок. Я помню, мы почему-то всегда ругали Франца Йозефа Штрауса, германского партийного лидера, заклеймив его как фашиста.
И чего бы этот Штраус ни делал, во всех газетах его полоскали в противовес Брандту. Брандт такой хороший, а вот Штраус плохой. Хотя Штраус был обычным консервативным, правым политиком. Представлял баварскую бюрократию. Он никогда не был правителем в Германии. И ничего такого уж плохого не говорил и не совершал. Но в советском мышлении он был раскручен в минус.
Вот нечто похожее сделали американцы по Жириновскому. Это своего рода «русский Штраус» с точки зрения западных политиков. Штрауса в Советском Союзе знали все, кого хоть немножко интересовала международная тематика. Его усиленно раскручивали. «Международная панорама» все время о нем вещала. Так и Жириновского активно показывают, но рассказывают о нем всегда только негативно.

ПОЛЕТЫ С ПЧЕЛКОЙ
ПО ИМЕНИ БОРИС АБРАМЫЧ
Рассказывая о 90-х годах, нельзя пройти мимо фигур Березовского и Гусинского. Почему? Потому что эти два человека являются создателями и наставниками кремлевского правящего класса. Это как бы худруки тогдашнего политического театра. Потому что любой правящий класс, особенно после такой революции, что произошла в начале 90-х, сам по себе не складывается. Как правило, есть наставник. Самоорганизация, конечно, существует, но есть наставник. Тот, кто формулирует задачи. Коротко сформулировать идею Березы и Гуся можно так: зарабатывать деньги.
Второй базовый постулат, кстати, отличный от Чубайса, такой: тип собственности не важен. Это может быть государственная, смешанная, частная собственность. Не имеет значения. Бабки можно зарабатывать везде. И еще непонятно, где зарабатывается больше. Если фундаменталисты Гайдары говорили: «Главное — это собственность. Частная собственность — это эффективность, приватизация решит все вопросы», Береза говорил: «Нет.
Важен ответ на вопрос: наш ли человек управляет? Важен не тип собственности, а какой человек сидит на кассе. Если это наш кассир, то это хорошее дело. Он может быть, и на государственном и на частном предприятии. Какая разница».
Третье правило: манипуляция общественным мнением и пиар могут решить все проблемы. Что бы ни было, отовремся. Это все ерунда. Главное, сколько денег это будет стоить.
Четвертое: большой бизнес должен управлять всем. В том числе и политиками, и правоохранителями, и судами. Должны управлять мы, а их нанимать. Они будут у нас на зарплате, пусть даже на очень большой.
Конечно, они оба неординарные люди. Их личности не менее интересны, чем их технологии.
Памятно одно забавное путешествие с Березовским. Мы с ним встретились на приеме, и он мне так заговорщицки пробурчал: «Слушай, надо поговорить». Я ответил: «Ну, назначайте, когда по времени». Он говорит: «А ты можешь сегодня в 3 часа ночи? Потому что у меня раньше времени не будет». Я потом понял, что если бы я сказал: «Да нет, какие 3 часа ночи. У меня семья, жена, дом...», то я бы просто перестал для него существовать. Это был тест. Наш человек или нет. Понимаешь ты наше движение, что мы все 24 часа включены, или ты тупой, бюрократ... Я говорю: «Ну, в три так в три». А он: «Ну, приезжай в ЛогоВАЗ».
Я приехал в особняк ЛогоВАЗа в три часа ночи. Березы не было — ни в три, ни в полчетвертого, ни в четыре. Я пил чай, потом коньяк, потом пил воду, потом разговаривал с Бадри, другими интересными людьми... Береза появился в полпятого. Он забежал с девкой, которая его ждала. Он ей что-то отдал, она уехала. Он подбежал и говорит:
— Да, Алекс. Нужно поговорить. Слушай,а у тебя это,
загранпаспорт с собой?
— С собой.
— Шенген есть?
— Есть.
— Ну, молодец. Наш человек. А полетим в Париж?
Почему нам в Париж-то не полететь? Виза есть, Самолет стоит. Мы уже улетаем. В самолете как раз и поговорим. Что мы тут на бегу будем разговаривать? В самолете сядем спокойно...
Короче говоря, я полетел в Париж. Позвонил домой предупредил, что еду в командировку. И позже, приходя к Березе, я уже имел полную готовность к отлету в любую точку. Минимальный набор необходимых предметов: тапочки, бритву, зубную щетку.
Ему очень нравятся люди, которые вот так все дела-
ют. Мобильные, умеющие быстро, буквально на бегу все
решать. Не говорят: «Уменя нет визы, нет паспорта». Нет?
Иди к черту!
В общем, сели в самолет. Когда взлетели, Береза выпил вина и сказал: «Что-то я дико устал. Давай, я чуть-чуть посплю». Раз — и уснул. Прилетели в Париж. Он спрашивает:
— У тебя дела в Париже есть?
— Конечно, есть. Куча знакомых.
— Отлично. Давай так. Вечером мы вылетаем обратно. Днем дела. А вечером поговорим в самолете.
— Ну хорошо.
Я тусуюсь день в Париже, хожу куда-то. На всякий
случай я ему три раза звонил: «А где вы?» Потому что понял: человека нужно мониторить каждые два часа, так как может неожиданно выясниться, что он уже улетел. Он отвечал: «Вылетаем сегодня в восемь, нет, сегодня в десять». В итоге мы вылетели, но не в Москву, а в.Ленинград, потому что ему срочно понадобилось встретиться с Яковлевым. Кой о чем все-таки поговорили в дороге. Но не обо всем. Опять что-то отвлекло. Сели в Пулково. Он говорит: «У тебя дела есть в Питере?» Я его успокаиваю:
«Конечно!» Он говорит: «Ну, смотри...»
Потом поступило новое предложение: «Вот -что, Алекс, садитесь на машину и езжайте в баню, которую наши люди уже готовят». Мы сели и поехали в эту баню.
Приезжаем, там слоняются какие-то мрачные господа, какие-то девки в простынях. Охранник взял одну девицу и с ней удалился. В это время разрывался телефон. И я сидел и не понимал, приедет Береза или нет.
Тут забегает охранник и, запыхавшись, сообщает: звонил Боря и сказал, что он едет обратно и сюда уже не приедет. Он срочно вылетает в Москву. Я говорю: «Стой, он же сказал, что сюда приедет». — «Нет, он позвонил и сказал: почему вы не в самолете? Я говорю: да мы в бане. А он: нет, нет. Баня отменяется».
Короче говоря, из этой бани мы выскочили как обшаренные, запрыгнули в машину и со скоростью 180 километров в час, с нарушением всех возможных правил, с сиренами, воем, подлетели к самолету. А Березовский уже был на борту. Еще бы чуть-чуть, и он бы улетел без нас.
В этом даже нет сомнений. Динамика у него была уникальная. Он вращался как пчела, опылял все цветы, все направления.
Причем многие серьезные проблемы решались в таком стиле, походя. Он пробегал мимо и давал указание.
Шел 97-й год. Его начали величать крестным отцом Кремля. Серым кардиналом. Борис сам создавал о себе такое мнение. Ему нравилось, когда о нем подобным образом говорили. Тем самым он нарушал определенные правила игры. Уж если ты теневой игрок, то тебе не надо светиться. Но Береза хотел светиться. Он хотел быть и теневым и публичным, и запутался окончательно в этих ролях. Ему, откровенно говоря, хотелось всего. А так не бывает. Если бы он тихо сидел, ну и на здоровье, решал бы свои вопросы. В этом отношении Волошин был более последовательным. Волошин не стал развивать публичную часть и это его спасает до сих пор. Ом не стал публичным героем России, поэтому, кроме чиновников„его толком никто не знает. Он широкой публике пе нужен. Поэтому он тихо ушел и сидит себе. А у Бори такой шлейф, что он не может никуда тихо уйти. Как сказал о нем Волошин, беда Бориса заключается в том, что «у него каждые 20 секунд рождается гениальная мысль, а мы, простые люди, можем переваривать одну гениальную мысль в год. Мы не можем этот фонтан укротить».
Помимо прочего, Боре нравилось создавать мнение, будто везде сидят его люди. Я ему как-то сообщил: вы уже слышали, Борис Абрамович, что чиновника К. назначили замминистра. Березовский встрепенулся: «Да? А у тебя есть его мобильный телефон?» — «Ну, есть». Он говорит: «А ну-ка дай-ка мне его. Набери его». Я набираю: «Здравствуйте. С вами хочет поговорить Березовский». Береза хватает трубку: «Здравствуй. Это Борис. Нам надо с тобой поговорить. Ты подъезжай в ЛогоВАЗ. Ты что делаешь завтра? А лучше сегодня подъезжай к двенадцати».Человек ошалел, но с ним же говорит Березовский, и он же не может ему сказать «Знаете, я не приеду». И уже вечером чиновник К. приехал в ЛогоВАЗ. До этого момента он был ничейным человеком. И Березовский даже не знал что его назначили на довольно важную дальность. Но в этот вечер он стал человеком Березовского. И уже в по следующие дни сам Береза забыл эти обстоятельства и рассказывал, что «нашего человека продвинули на пост замминистра. Наш человек теперь там сидит».
Так же, говорят, был назначен Адамов. Он месяцами торчал в приемной у Михайлова, тогдашнего министр атомной энергетики, который его часами не принимал, а вообще считал, этот адамовский институт, ремонтирующий реакторы, для министерства — дело двадцатое. Совершенно неважный такой институт. Но тут мимо пробегал Береза. Адамов его однажды поймал и сказал: «Вот я директор института. Борис Абрамович, я хочу с вами поговорить. Тут такое происходит. Все вокруг мерзавцы, придурки. Там такие деньги крадут». На словах «крадут деньги» Борис Абрамович оживился: «0! Стой. Приезжай в ЛогоВАЗ». И через какое-то время все знали, что Адамов — это человек Березы. Хотя Береза с ним познакомился три дня назад, чуть ли не в туалете. Тем не менее Адамова он протолкнул на пост министра Так, кстати, Береза помогал кого-то назначать, не зная людей и не ведя с ними глубинную работу. Поэтому многие люди потом сбегали, предавали его, переворачивались.
На самом деле в моем понимании Березовский никакой не бизнесмен. Ничего общего. Это в чистом виде политика, сфокусированная не на идеологию, а на бизнес и заработки. То есть он открыл новый вид политики, начисто лишенной идеологического содержания. Если Жириновский — это в чистом виде идеолог, идеология — это есть его питательная среда, то у Березы все наоборот. Это политика, замаскированная под бизнес. Это не бизнес в чистом виде — захватывать государственные компании.
Это политическая работа, напрочь лишенная какой-то сверхзадачи. Просто — тупой захват и зарабатывание денег. Предприятие, лишенное какого-то даже легкого флера, который свойственен все-таки политике.

ХУДРУК ПОЛИТИЧЕСКОГО ТЕАТРА
Хотя имя Гусинского часто звучит рядом с именем Березовского, Гусинский — это совсем другой типаж.
Прежде всего Гусинский — театральный деятель. Это очень важно. Любой театральный деятель, особенно не ставший Станиславским, это человек немного больной.
Он этим болен всю жизнь. Любой неудавшийся художник, режиссер, артист, вернее, не неудавшийся, а не ставший великим на своем поприще, не сделавший сверхкарьеру, всегда сознательно или подсознательно мучается этим и ищет другие способы для самовыражения. И Гусинский, не ставший Станиславским, в каком-то смысле им все-таки стал, создав НТВ. То есть НТВ — это была его театральная труппа. Это была его Таганка, в которой он был Любимовым.
Он заботился об актерах. Он положил им очень высокую зарплату, он действительно делал хорошее телевидение, он дарил звездам квартиры. Именно благодаря его усилиям появилось понятие «звезды телевидения». Он их любил, он им звонил, он ими занимался, он мог давать им советы: ты плохо выглядишь, надо что-то с твоей внешностью сделать. Надо поменять прическу. Это такое чисто режиссерское управление.
Если Береза — математик, технолог, для него цифра была во главе угла, то Гусинский — человек в высшей степени творческий. Для него театральность, постановка важнее, чем просто цифра. Деньги — это понятно. Они все сражались за деньги. Но подход был другой. На этой почве они и столкнулись.
Однажды Гусинский позвонил мне ночью, после того, как я в Думе стучал кулаком по трибуне и кричал, что «мы вас будем молотить», обращаясь к коммунистам. Это был 98-й или 99-й год. Тогда коммунисты уже открыто пошли на запуск процедуры импичмента. Стали угрожать. Я сорвался. Я стал орать на них в открытую, чего никто себе до этого не позволял.
И вот позвонил Гусинский и сказал: «Я видел, как ты сегодня в Думе стучал и кричал: «Мы будем вас молотить». Это было здорово. Хорошо, хорошо!» И добавляет «Я дал указания Жене Киселеву показывать это где надо и не надо целую неделю. Гонять будут просто как иллюстрацию в разных сюжетах. В «Итогах» пойдет несколько раз. Я Жене сказал: «Классный эпизод. Все были просто в шоке. У них даже рожи вытянулись. И рожи мы покажем». Слушаю и пытаюсь сообразить — зачем он все-таки звонится Предполагаю, что сейчас пойдет деловая часть: надо то и се. Но вопреки ожиданиям делового разговора не состоялось. Ради чего человек в 12 ночи звонит и говорит, что было здорово? Не могу понять. Ну, думаю, ладно.
Может, завтра что-то попросит. Ну не бывает так в Москве, чтобы деловые люди звонили друг другу по ночам, чтобы просто обменяться впечатлениями.
А потом подумал: почему не бывает? Он же режиссер, ему в кайф, ему понравилась сцена, хорошо сыграна, хороший контекст, неожиданный поворот. Там же сначала я говорил по делу. Потом стал усиливаться, усиливаться и сорвался уже на крик. Я ж не сразу на них орал. Я аргументировал, потом начал заводиться и стал орать на них и стучать кулаком по трибуне, И Гусинскому это понравилось. И потом я увидел, что этот эпизод действительно
де надо и не надо показывали на НТВ.
Этот человек создал театр. Там были свои герои. Своя драматургия. Его борьба с Березой, Чубайс«м, Коржаковым — это все были его театральные постановки. Вся страна наблюдала за этой схваткой. То Гусь Березу, то Береза Гуся. Первая информационная война, Вторая информационная война. Война каналов. Для него это был театр, где он сублимировался. Но надо отдать ему должное, он сумел создать серьезное телевидение. А когда сломали НТВ, разбили, его осколки, частички оплодотворили остальное телепространство. Эти семена все равно «сходят на других каналах.
Повторю, в моем понимании НТВ 90-х — это Taганка эпохи Высоцкого. Можно найти немало аналогий. Тогда интеллигенция кайфовала от такого иносказания, от этого «нового театра», от Высоцкого, Золотухина, Любимова, А теперь интеллигенция кайфовала от «нового телевидения», телевидения западного, Парфенова, Митковой. От того, что это новый стиль, новый мир, когда корреспондент в кадре движется, не стоит на месте. Все эти стенд-апы, все эти лайфы, много живых эфиров, телемосты. В этом смысле Гусинский создал новое телевидение, хотя бы и ради неких военных целей...
И он, несомненно, человек своего времени.
Березовский и Гусинский — вероучители и наставники того политического класса, который пришел к управлению с Ельциным в 1991 году. Наставники-практики.
Егор Гайдар был скорее теоретическим наставником.
Гайдар дал главную идею: «мы жестко привязываемся доллару и Америке. Это до сих пор незыблемая основ» нового правящего класса.
А вот практические советы — как вести себя, как зарабатывать деньги, как взламывать государство, как через знакомого мента забирать производства, как возбуждать, дела в прокурат уре — этому всему научили Береза и Гусь.
И когда мы говорим про дело Ходорковского, неужели ли мы этого не понимаем?
Я об этом уже говорил с самим Березовским. После 2000 года я неоднократно видел Березу в Лондоне. Там уже спешить было некуда, там пространство для него оказалось суженным. Хотя он по-прежнему активно передвигается, но поле уже не то. То было поле — весь мир.
А теперь поле сужено.
Меньше пространства — больше времени. В Лондоне мы уже поспокойнее обо всем говорили. Береза стал смотреть на некоторые вещи по-другому.
Я ему сказал: ну это же вы создали такую систему. Вы научили, как через уголовные дела, через наезды, через судебные санкции забирать бизнес. Надо было учить другому. Ребята, давайте, у кого больше денег, кто лучше организовал производство, тот и забирает. Что ж мы сразу пошли работать с помощью «черного» пиара, обмана в избирательных комиссиях? Мол, не надо честно избираться, а надо иметь своих людей в избиркомах и решать всевопросы. Это ж вы всему научили, и сами попали под этот танк.
Потому что вы думали, что тот человек, которого вы приведете, будет абсолютно ваш партнер. А он подумал: зачем вы ему нужны? Вот и все. Вы попали под эту раздачу, которую сами и организовали. Почему они нас выгнали. — сетуете вы. Так это же вы делали. Против вас применена та же технология. Вы у одних таким образом забирали, а теперь у вас.
Это вы втянули милицейских генералов в коммерческие разборки. Именно они сейчас становятся центральными фигурами споров по бизнесу. Они же должны заниматься преступниками, а не экономикой. Тем более неясно, зачем было втягивать в это ФСБ. Они должны ловить шпионов, а они разбирают конфликт на каком-то комбинате.
Чтобы изменить ситуацию в стране, нужно эти механизмы сломать и заставить людей заниматься своими делами. Бизнес отдельно, правоохранительные органы отдельно, никаких заказных историй. Четко об этом договориться. Тех, кто в это полезет, жестоко наказывать. ФСБ вообще вывести из зоны хозяйственных конфликтов.
У них масса своих проблем. Это и военная безопасность, армия та же, состояние убежищ, терроризм, состояние охраны военных объектов, утечка секретной информации, шпионы, в конце концов. Не втягивать их в приватизацию какого-то там комбината. Когда под видом, что это стратегический объект, влезают в сделку, где нет ни иностранного участия, ни иностранной разведки.
Гусь и Береза стали заложниками системы, созданной собственными руками. Все эти заготовки, наработанные ими тогда, потом были реализованы против них же.
Борис Абрамыч это осознает. Он это понимает. Он не отрицает, что многие идеи, которые были реализованы с 2000 года, — это его идеи. Например, что Гуся надо выгнать из страны, и вообще завалить его политически. Он мечтал об этом. Это сделали. Но и с ним сделали то же, вот в чем беда.
Ходорковский. Он Березу тоже всегда напрягал. Береза ему завидовал, что тот был молодой, богатый, независимый, и бизнес у него был посерьезнее, чем у них. Они всегда бегали по верхам, что-то там хватали, а Миша системно захватывал большие куски собственности...
Но абсолютно неправильно винить Путина в создав шейся ситуации. Путин сел в заранее заведенную машину. Каток этот ехал и до него.
Ведь это они же ломали Быкова, отобрали у него долю в Красноярском алюминиевом заводе.
Ну если вы это делаете, почему с вами это нельзя делать? Почему вы считаете, что можете? Потому что у него нет крыши в Кремле? На самом деле не было никакого страшного авторитета Быкова. Быков — это был интерес местных. Быков— человек, который отвечал за этот регион. Как бы вся эли та договорилась. И деньги, которые шли Быкову, — эти деньги, которые шли в регион. Это доля региона от алюминиевого производства. И когда вы эту долю забирали крича, что Быков бандит, вы забрали и у тех людей, которые брали у него в кредит. Которые могли прийти и по просить у него на операцию жене, на какие-то поездки
Ведь он там был как отец. К нему приходили и говорил: «Дай три тысячи долларов матери на операцию, катарах ту надо удалить» или «Дай на колбасный цех». Он: «Xорошо, только меня в долю возьмете. Я вам дам деньги, делайте колбасный цех». И спортсменам местным помогал — проводил турниры. И много еще кому. Не потому что он добрый парень, а потому, что такова была его функция в Красноярске.
Когда его выгнали, на это место пришли безликие менеджеры. Управление в Москве, Лондоне или еще где-то менеджер на зарплате, у него не попросишь на операции и на колбасный цех. Стало и не с кем разговаривать. Власть обезличена. Она куда-то туда далеко уходит. Мы ее не знаем. С менеджером говорить не о чем.
А люди живут на этой земле, вот в чем дело. Они хотят развиваться на этой земле. И у них уехал отец. Можно жить без отца? Конечно, можно. Можно жить с матерью, но без отца плохо. Отец- это и заступник, и какая-то сила. И ее не стало.
Быков, как говорится, отвечал перед местными на все вопросы. Это был такой «окончательный человек». Вот Петрович скажет, значит, так и будет. И это хорошо.
Такой человек должен на земле присутствовать. Неважно, как он называется: секретарь райкома, местный координатор ЛДПР, главный акционер... Но кто-то же должен заниматься проблемами этой земли. Тем более в России общинные традиции существуют. Мы все-таки не такие индивидуалисты и по религии, и по культуре. Чтобы сказать: «Вот я тебе тысячу долларов заплатил. Вот на них и разбирайся, как хочешь. Нужен кредит — иди в банк. Банк рассмотрит. Залога нет, значит иди, к черту, кредит не получишь».
Поэтому и был человек, который отвечал на все подобные вопросы. Естественно, отец был строгий. Где-то мог и по заднице настучать. Не без этого...
Так вот, если вы так поступили с Быковым, почему нельзя так же поступить и с вами? Что мешает? Вы так поступили, и мир не кричал, не возмущался. Не было никакой истерики, когда забирали Быкова, или когда посадили банкира Ангелевича. Не мирового уровня человек был Ангелевич, но все равно у него был банк. Банк уничтожили. И Гусинский играл в этом вполне определенную роль, Они были конкурентами. Ангелевич дружил с министром юстиции Ковалевым. Который в какой-то момент поругался с милицией. Последняя отыгралась на банкире. А Гусинский приложил руку, пытался кое-что из бизнеса забрать, Ангелевича раскурочили теми же административными и уголовно-процессуальными путями.
Власть тренировалась на более мелких. Впрочем, они не были такими уж мелкими, может быть, сейчас они не рассматриваются крупными. У Ангелевича был достаточно крупный банк. Да и Быков был достаточно крупной фигурой. И это была серьезная история.
Или вот Живило, фактически один из первых олигархов. И первый, которого изгнали. Это делали Береза и Волошин.
Этот порочный круг гражданской войны надо останавливать. Потому что сама она не кончится, если кто-то не проведет амнистию по старым делам. Не скажет: «Так, сегодня подводим черту. А теперь начинается совершенно новая игра».
Но этого не может сделать сам коммерсант. Это должно быть сделано государством, сверху. Иначе вновь и вновь будут возникать подобные проблемы.
...Особенность нынешнего положения Березовского заключается в том, и это не очень хорошо понимает власть, что ему теперь нечего терять. Он уже сжег все мосты, и он будет играть с властью, придумывая какие-то новые комбинации. И девять из десяти, может, не самые удачные. Но одна может оказаться для власти опасной. Почему? Во-первых, он решения принимает сам. У него нет бюрократической системы из 100 человек советников, которые что-то там говорят. Он волк-одиночка, поэтому у него есть гибкость. Он все мосты сжег, поэтому он будет играть по своим правилам. Ограничений в этой игре у него нет вообще. Ни моральных, ни организационных, никаких. И в этом смысле такой одиночка реально опасен для этой власти. И она зря его недооценивает. Власть думает: мы машина, государство сильнее одного человека, у нас есть все ресурсы и средства, чтобы его нейтрализовать. Но даже деньгами здесь ничего не сделаешь.
Любой оперативник вам скажет, что с одиночками сложнее работать, чем с организованной бригадой. Их труднее вычислить. Труднее понять, как они принимают решения.
 
 
подготовить для распечатки
к началу страницы 
Приемная Алексея Валентиновича МИТРОФАНОВА
телефон: (495) 662-2616
e-mail: duma@alexeymitrofanov.ru
•   •   • 
По всем вопросам связанным с функционированием
сайта просим обращаться в студию ArtSPb.Ru:
(+7495) 969-5401
webmaster@alexeymitrofanov.ru
•   •   • 
Книги А.В. Митрофанова По материалам прессы Фотогалерея А.В. Митрофанова Видеофрагменты выступлений А.В. Митрофанова Послать с сайта письмо А.В. Митрофанову